Наша кнопочка
Metodichka.org

Опубликовать статью ➧


Историческая наука в Западной Европе первой половины XIX в.

Великая французская революция открыла дорогу развитию капитализма во Франции и ряде других стран континентальной Европы. К этому же времени ощутимо проявляются результаты промышленного переворота в Англии. Гражданское общество становится во всех развитых странах все более буржуазным; все явственнее оно делится на два основных класса — буржуазию и пролетариат.

Начальный период становления гражданского общества принял форму первобытного капитализма и сопровождался бурными социально-экономическими процессами. Массовое разорение мелких собственников и развитие пролетариата, с одной стороны, стремительное обогащение промышленной, торговой и финансовой буржуазии — с другой, происходило в обществе, еще не имевшем ни систем социальной помощи (социального страхования и обеспечения, бесплатного здравоохранения и образования), ни массовых и влиятельных организаций рабочего класса (партий, профсоюзов). По социально обездоленным слоям общества больно били экономические кризисы и безработица. Росло относительное и абсолютное обнищание пролетариата. Его разрозненные выступления свирепо подавлялись вооруженной силой.

Во всех странах Западной Европы сохранялись монархии с сильными феодальными пережитками; после учреждения контрреволюционного Священного союза (1815 г.) решающее влияние в политике большинства стран Европы приобретает реакционное дворянство. Однако возродить уничтоженные революцией феодальные отношения в области экономической, социальной и гражданско-правовой было невозможно. В ключе вышесказанного несомненный интерес вызывает изучение политической и правовой идеологии в Западной Европе первой половины XIX в. в контексте ее отражения в исторических учениях данного периода.

Необходимо отметить, что изучение демократической историографии вызывает определенные сложности. Эта историография распадается на множество школ и течений, что отражает эволюцию буржуазии вправо, утерю ею исторической инициативы. Если буржуазия конца XVIII века, по словам В. И. Ленина, “звала … народ на борьбу”, “… не боялась за прочность своего господства и шла на союз с крестьянством”, то уже историки периода Реставрации мечтали о “мирной революции”, порицали “владычество массы”, “черни” . По мере роста классовой борьбы пролетариата консерватизм идеологов буржуазии усиливался. Заказ такси дешево Москва с установленной фиксированной ценой 24 часа в сутки 7 дней в неделю.

Здесь отметим, что хотя исследуемому нами вопросу посвящено определенное количество отечественных работ, включая монографии, научные статьи и учебные пособия, однако данные работы носят большей частью узкоспециализированный характер (посвящены конкретным идеологическим течениям), чем обуславливается актуальность обобщенного описания западноевропейской исторической мысли рассматриваемого периода. Помимо вышесказанного, актуализация внимания непосредственно на западноевропейской исторической мысли рассматриваемого периода в ее развитии позволит детализировать наиболее значимые моменты в трудах ключевых теоретиков эпохи, поскольку именно Западная Европа (в первую очередь Англия и Франция) объективно являлись “социально-политическими полигонами”, прообразами политических систем для большинства государств мира.

Объектом данного исследования является западноевропейская историческая мысль, предметом — западноевропейская историческая наука Франции, Англии и Германии в первой половине XIX в. и ее развитие в данный период.

Хронологические рамки охватывают конец XVIII — середину XIX вв. С начала Великой французской буржуазной революции 1789 года и до середины XIX века Европа переживала один из самых бурных периодов своей истории. В наибольшей концентрации революционные события происходят во Франции, ставшей центром политических потрясений, и отсюда они, как волны, распространяются по всей Европе. В Англии — стране с довольно стабильным внутренним положением — с середины 1830-х годов начинается мощное движение чартизма. В Германии разложение феодализма в конце XVIII и в первой половине XIX вв. происходило замедленными темпами. Процесс формирования буржуазной нации здесь значительно отставал по сравнению с более развитыми странами Западной Европы. Вплоть до конца рассматриваемого периода все еще не было создано единое национальное государство, сохранялась политическая раздробленность Германии на множество обособленных крупных и мелких государств. Политическая власть была сосредоточена в руках высших феодальных слоев. Буржуазия развивалась неравномерно в различных частях Германии, но в целом была слаба, политически и экономически недостаточно развита. Отсюда происходили ее робость и покорность господствующему строю, неспособность к большой общественной активности, привязанность к старому бюргерскому укладу феодального периода.

Напряженность острых классовых битв самым непосредственным образом затронула общественную мысль, проявилась в борьбе различных идеологических течений. В этот период в Западной Европе сложилось три мощных направления общественной мысли, которые оказали большое воздействие на духовное развитие Европы: английская политическая экономия, немецкая классическая философия и французский утопический социализм.

 

В качестве цели данного исследования мы определяем изучение специфики развития западноевропейской исторической науки рассматриваемого периода.

Отметим, что научная литература, исследующая развитие исторической науки в Западной Европе в первой половине XIX века колоссальна и демонстрирует возможность разнообразных интерпретаций. Вопрос развития исторической науки в Западной Европе в первой половине XIX века привлекает внимание многих исследователей. А. А. Собуль в труде “История Великой буржуазной революции во Франции” рассказывает об этапах революции в начале XIX века. В. И. Овсянникова и В. Г. Сироткина в своей работе “Историография истории нового времени” изучают историографию Нового времени. В работе показаны основные историографические направления и школы, творчество ведущих историков отдельных стран, их вклад в развитие мировой исторической науки. Значительное внимание уделено становлению и развитию “новой научной истории”, ее главным чертам и особенностям. Охарактеризована проблематика исторических исследований рассматриваемого периода, описаны крупнейшие историко-научные центры, учебные заведения и историческая периодика периода. Н. А. Соловьева в своей работе “История зарубежной литературы XIX века” раскрывает основные направления зарубежной литературы изучаемого периода. В работе изначально дается общая характеристика XIX века — века гуманизма, а затем в разделах анализируются национальные литературы Германии, Англии, Франции, Польши и США. Вводные главы к разделам характеризуют наиболее существенные моменты литературного процесса, в котором выделены отдельные типологические явления, определены основные этапы развития. Анализ творчества самых выдающихся представителей литературы XIX века дается в отдельных главах, уделяется внимание их историческим и общественно-политическим воззрениям. В. М. Далиным в работе “Историки Франции XIX-XX вв.” ведется разговор о влиянии индивидуальности исследователя, его человеческих качеств, социальной среды, личного жизненного опыта на воссоздаваемую им картину прошлого. Анализируя различные аспекты жизни и творчества ряда крупнейших французских историков, автор показывает, как во второй половине ХIХ столетия развивались представления об истории во Франции. С. Б. Канн раскрывает в труде “Немецкая историография” основные направления историографии Германии. В работе К. Б. Виноградова “Очерки английской историографии нового и новейшего времени” описывается историческая мысль английских историков и философов XIX в. Английская историческая мысль рассматриваемого периода также описывается, например, в работе О. Л. Вайнштейна , посвященной частному вопросу развития исторической науки (средние века в исследованиях разных периодов), — "Историография средних веков в связи с развитием исторической мысли от начала средних веков до наших дней".

Помимо вышеназванной работы, существует большое количество исследований, посвященных узким аспектам развития исторической науки, которые включают в себя и описание работ исторических деятелей интересующего нас периода. В частности В. И. Кузищиным в пособии “Историография античной истории” дается общий очерк историографии античности, прослеживаются основные этапы ее развития, характеризуются их особенности. Рассматривается вопрос отношения к античной истории в эпохи Возрождения, Рационализма и Просвещения, а также в значимый для нас период новой истории.

В результате анализа описанных нами выше теоретических источников, мы можем говорить о том, что весь XIX век прошел под знаком французской революции. В первой половине этого века все радикально-буржуазные и революционно-демократические движения против абсолютизма и его бюрократически-полицейского аппарата, против крепостничества, сословных привилегий и прочих пережитков феодализма вдохновлялись идеями и примером Великой французской революции. Борьба буржуазии против клерикально-дворянской реакции, последовавшей за окончанием наполеоновских войн, получила яркое отражение в художественной литературе и в общественных науках, в частности в историографии, где происходит в связи с этим резкое размежевание направлений: реакционно-аристократического, буржуазно-либерального и буржуазно-демократического.

Буржуазно-либеральная историческая мысль приобретает в 20—40-е годы XIX в. господствующее значение, поскольку она явилась порождением самого исторического процесса — неудержимого капиталистического развития. Начав с Англии, промышленная революция продолжает в первой половине XIX в. свое победное шествие по европейскому континенту, способствуя подъему буржуазной идеологии, ее активному внедрению во все сферы идейной жизни, включая историографию. При этом господствующей формой выражения общественной мысли — в публицистике, художественной литературе, искусстве — был романтизм.

Романтизм наложил сильнейший отпечаток и на общественные науки. Однако его влияние сказывалось значительно слабее на тех направлениях философско-исторической мысли, которые в новых социально-экономических условиях развивали некоторые из традиций Просвещения. Эти стойкие традиции обосновывали во Франции Сен-Симон, школа историков периода Реставрации и в какой-то степени О. Конт, в Германии— Шлоссер и гейдельбергская школа, в Англии — вигское и радикально-буржуазное направления в историографии и т. д.

Нужно различать реакционный дворянский романтизм и либерально-буржуазный романтизм, выступавший с наибольшей силой в 20—50-е годы. Первый характеризуется полным разрывом с идеями XVIII в., с “духом” Просвещения и Французской революции. Вражде революционной буржуазии XVIII в. к обветшавшим феодально-абсолютистским порядкам, ко всей средневековой исторической традиции реакционно-дворянские романтики противопоставляли идеализацию старины, апологию средневековья; атеизму или рационалистической религии деизма — ханжеско-мистическую религиозность, преклонение перед “духовными ценностями” католической церкви; механистическому материализму Просвещения — философские идеалистические системы; вере передовых сил XVIII в. в могущество разума, в бесконечный прогресс человеческого гения — пренебрежение к разуму, отрицание прогресса, идею решающей роли в жизни общества и отдельного человека чувства, воображения, интуиции.

Вместе с тем либерально-буржуазные мыслители 20—50-х годов значительно ослабили реакционные черты дворянского романтизма, выдвинув на первый план понятие нации как исторически сложившейся индивидуальности, учение о самобытном развитии, сообразно “народному духу”, национального государства и национальной культуры. Их отношение к наследию XVIII в. не было таким абсолютно отрицательным, как у дворянских романтиков, наоборот, они стремились синтезировать идеи просветителей с наиболее плодотворными идеями романтизма.

Среди последних особенно большое значение имел историзм. Главным его содержанием являлось, прежде всего, понятие постепенного развития (эволюции), которое гегельянцы рассматривали как диалектический процесс, тогда как школа Ранке ставила ударение на его непрерывной преемственности и традиционности. Историзм, далее, включает требование генетического анализа каждого явления, т. е. выяснения всех этапов его развития начиная с зарождения, что, в сущности, означает замену абстрактных методов мышления конкретными.

В романтическом историзме было немало реакционных элементов: признание революции "аномалией", якобы нарушающей принцип исторического развития; оправдание любых гнусностей существующего режима их историческим происхождением и мнимым соответствием “народному духу”; понимание идеи развития только как развития идеи, а преемственности развития — как преемственности идей. Тем не менее, историзм во многих отношениях был ценным достижением общественных наук.

Внешним выражением торжества историзма в первой половине XIX в. было всеобщее увлечение историей, о чем свидетельствуют почти повсеместное появление исторических обществ, исторических журналов, исторических музеев; публикации обширных серий источников национальной истории; быстрый рост исторической научной и научно-популярной литературы; необычайный успех исторических романов Вальтера Скотта и его подражателей; увлечение исторической тематикой в поэзии, театре, живописи. За XIX в. утверждается в это время репутация "исторического века", противопоставляемого “антиисторическому” веку Просвещения.

Важное значение для плодотворного развития исторического знания имело в эти годы наряду с историзмом учение о диалектическом характере всемирно-исторического развития. Диалектика как форма движения исторического процесса находит выражение в борьбе противоположных начал и в ее завершении или преодолении путем их синтеза. Эта имевшая первостепенное значение для развития общественных наук теория была разработана немецкой классической философией, прежде всего Гегелем, в чисто идеалистическом духе, т. е. как борьба не в материальном мире, а исключительно в мире идей. Тем не менее, принципы диалектики, не говоря уже о величайшем значении, которое они приобрели после их материалистического преобразования Марксом и Энгельсом, даже в идеалистической форме были большим достижением.

Романтическое направление в историографии отличалось в отдельных странах своими национальными особенностями. Во Франции, классической стране Просвещения и буржуазных революций, важнейшим достижением историографии была идея классовой борьбы как движущей силы исторического процесса. Однако романтическое направление проявилось во Франции главным образом в стремлении к художественному отображению прошлого путем тщательного воссоздания деталей быта и сохранения “местного колорита”. Наряду с романтизмом продолжало сильно сказываться влияние традиций национальной исторической мысли второй половины XVIII в., требовавшей преимущественного внимания к истории культуры.

В Англии, где промышленная буржуазия стремилась завладеть политической властью, ведя как в парламенте, так и вне его борьбу против земельной аристократии, историография приобрела довольно ярко выраженную партийную окраску: не только недавняя история, но даже история древнего мира трактовалась в торийском, консервативном, либо в вигско-либеральном, либо в буржуазно-демократическом партийном духе. Наиболее заметным выражением реакционного романтизма в Англии явилось наряду с идеализацией средневековья также и преувеличение ведущей роли сильных личностей, или “героев”, в историческом процессе.

Наибольшие усилия дискредитировать идеи Просвещения были сделаны в Германии. Не только дворянство, но и широкие круги немецкой буржуазии были смертельно напуганы “эксцессами” Французской революции. Знаменитый историк Нибур усмотрел в ней предзнаменование “гибели Запада”. Буржуазно-демократическое и либеральное направления, сохранявшие идейную связь с Просвещением, были представлены, прежде всего, немногочисленной гейдельбергской школой; большинство же историков стояло на позиции реакционного романтизма, пропагандировало культ государства и силы, воинствующий национализм, испытывало отвращение и страх перед массовыми движениями. Успехи немецкой историографии этого периода проявились в области философии истории, в эрудиции, в усовершенствовании вспомогательных исторических дисциплин и техники исторического исследования.

Помимо романтизма уже в первой половине XIX в. в идейной жизни развитых государств и в историографии наметилась и другая, еще слабая, но вполне ощутимая тенденция. Нотки социального протеста нового класса слышатся уже в философско-исторических построениях великих утопистов-социалистов (Сен-Симон, Фурье, Оуэн), в трудах представителей французского утопического коммунизма (Кабе) и т. д. Еще более определенно зазвучал голос рабочего класса в первых произведениях чартистской историографии и революционной публицистики (Дж. Б. О'Брайен, Дж. Гарни).

Литература

  1. Вайнштейн О. Л. Историография средних веков в связи с развитием исторической мысли от начала средних веков до наших дней. — М., 1940.
  2. Виноградов К. Б. Очерки английской историографии нового и новейшего времени. — СПб., 1995.
  3. Далин В. М. Историки Франции XIX-XX вв. — М., 2000.
  4. Канн С. Б. Немецкая историография. — Ростов-на-Дону, 1996.
  5. Кузищин В. И. Историография античной истории. — М., 1980.
  6. Материалы сайта www.philosophy.ru, 2009.
  7. Овсянникова В. И., Сироткина В. Г. Историография истории нового времени. — М., 1985.
  8. Собуль А. А. История Великой буржуазной революции во Франции. — М., 2006.
  9. Соловьева Н. А. История зарубежной литературы XIX века. — М., 2000.
Категория: Опубликовать статью | Добавил: mihasj_surikoff (19.08.2014)
Просмотров: 2056 | Теги: Западная Европа, наука, история

Живой журнал Методичка рекомендует:

Мы в соцсетях!